June 4th, 2006

эмблемата

23 000

Прочитал роман Сорокина«23 000».

Последний из трилогии. (Ему предшествовали: «Лёд» и «Путь Бро».) Впечатление сложное. Но, на мой взгляд, это лучшее, что удалось создать Сорокину-писателю. Обращает на себя внимание то, что «23 000» прошёл как-то совсем тихо по сравнению с разрекламированными первыми двумя и особенно со «Льдом». Да и тираж у «23 000» всего 15 000. Даже на всех «братьев Света» не хватит. Помнится, что «Путь Бро» у многих вызвал раздражение. Эти многие как-то сразу же ассоциировали себя с «мясными машинами», и уж никак не с «братьями Света». Любопытный момент. Некоторые критики даже пытались писать от лица «мясных машин». Первые два романа трилогии создали устойчивое впечатление, что мы имеем дело с апологетикой гностических идей. И это было особо странно, так как сам Сорокин, несмотря на свою славу романиста-скандалиста, с особым тщанием, выписывающим физиологические подробности, далеко не гламурного плана, в интервью себя позиционировал как православного человека. Иные писали даже, что Сорокин загнал себя в некий тупик или как минимум крайне сложную ситуацию. Им было трудно представить, чем же всё закончится? Т.е. как автор сможет избежать заведомо банально-предсказуемого финала. На мой взгляд, Сорокину это удалось. В последней главе последнего романа, которая носит название «Бог», человечество отделяют от тотальной гибели какие-то мгновения – Большой Круг замкнулся – 23 000 обретённых братьев и сестёр Света можно уже сказать предрешили судьбу человечества (т.е. «мясных машин»). Но как говорится, «браться Света предполагают, а Бог располагает». Трилогия оказалась анти-гностической. Очнувшись, два «недобитка» – два «пустых ореха», вовлечённые силой в Большой Круг в качестве недобровольных помощников, вдруг обнаруживают, что 23 000 гностических братьев и сестёр МЕРТВЫ и тела их уж давно как холодны. К этим, единственным живым на острове практически одновременно приходит осознание того, Кто пощадил «мясных машин», и Кто Единственный мог остановить братьев Света.

Это-то как раз и вызвало сплошное разочарование у наших критиков:

 

Лев Данилкин: «…так уж мы, мясные машины, устроены: нам надо, чтобы нас смешили, мы хотим цирк на льду, клоунов, а когда клоун запирается в холодильнике и говорит, что он больше не будет смешить нас — теперь он философ, мы начинаем поглядывать на табличку "Выход"».

 

Павел Басинский: «Читать это скучно. Как ни странно, увлекаешься только в тех местах, где Сорокин демонстрирует свое фирменное умение изображать всевозможные физиологические гнусности. Когда ледяной молот крушит ребра ребенку. Когда один из Людей Света что-то эдакое вытворяет с японской школьницей. И т. п. А в финале, где побеждает Любовь, хочется выть от тоски. От ледяной тоски. Нет уж, не надо нам "правильного" Сорокина».

 

И т.п.

 

Вообще ощущение такое, что люди (в данном случае критики) сами себе ставят диагноз, но об этом не подозревают («…увлекаешься только в тех местах, где … всевозможные физиологические гнусности. Когда ледяной молот крушит ребра ребенку … где побеждает Любовь, хочется выть от тоски».).

эмблемата

Чтение

На данный момент в процессе прочтения несколько книг. На очереди куда больше.

Сейчас приступил к более чем 900-страничному роману Теодора Рошака «Киномания».

(моя благодарность Фаланстеру за рекламу:) Пока идёт нормально.

 

Сегодня приобрёл:

 

Фируз Казем-Заде «Борьба за влияние в Персии: Дипломатическое противостояние России и Англии» (Москва, Центрполиграф, 2004. 543 с.)

Автор Фируз Казем-Заде, доктор исторических наук, профессор Йельского университета (США), рассказывает об истории дипломатических отношений России и Англии в Персии в период со второй половины XIX до начала XX века. Интересы этих двух империалистических держав неоднократно сталкивались и ранее, но именно в Центральной Азии и Персии их политическое противостояние обострилось.
Поэтому дипломатия здесь становится главным фактором, позволившим избежать международного конфликта и в значительной степени повлияла на ход исторических событий. Казем-Заде, тщательно проанализировав множество документов, в том числе ранее неопубликованные, выстраивает стройную систему, что позволяет глубже понять эту проблему. В книге приведена официальная дипломатическая переписка, высказывания известных политиков, и отражены все тонкости международной политической кухни противостоящих сторон.

 

Орхан Памук «Снег» (роман. СПб., Амфора, 2006. 544 с.)

Роман Орхана Памука «Снег» удостоен престижной французской литературной премии «Медичи».
Автор «Белой крепости», романов «Меня зовут красный» и «Чёрная книга», Памук в новом романе вновь обращается к вечному конфликту Запада и Востока.
Молодой поэт оставляет Германию, чтобы расследовать серию самоубийств, охвативших провинциальный город: молодые девушки покончили с жизнью, когда их заставляли снять мусульманские платки. Но город, некогда являвшийся важным рубежом для двух великих империй Османской и Российской, становится ловушкой, из которой никто не может выбраться снег завалил все дороги…

 

Collapse )